Суровый взгляд Маяковского, последнего, быть может, поэта.
Смотрю на него, положив подбородок на учебник с английского. Ничего у меня этим вечером не получается. А день, скажу я вам (кому-то там), был у меня хороший. В школе спокойно и тепло, меня поздравили с днем рождения на второй геометрии. Уф, и говори после этого, что тебе во всем не везет, да тьфу-тьфу-тьфу! Мало ходила по коридорам и боялась не встретить Марго, а она стоит, такая скромняжка, и как она этим своим голосом может говорить порой пригадкие слова. Маленькая и теплая.
Когда у тебя красивый смех - почему бы не смеяться над всеми и всем? Тогда и над проблемами похохотать не стыдно.
Поля, поля, поля, я хочу снова вас увидеть!
Но, наверное, я везунчик только в маленьких вещах. Заварить хороший чай, успеть в школу до звонка (или опоздать, напротив), написать хорошую заметку, увернуться от удара мизинцем о косяк. На большее я не способна.
У нас, дорогие, красивое поле. Какое же все-таки было удивление у меня, когда узнала, что поле возле заброшки и Соленка соединяются. Так много ворон, и так мрачно, но - хорошо и тепло. Неплохо было бы одеваться теплее и бродить кругами. В конце концов, фон не важен иногда, разве нет?
Много ворон и мрака. Мертвая ворона с накрытой какой-то бумажкой головой - просто трэш, чего же я фотоаппарат не взяла. И не помешало бы переодеть школьные брюки. Наверное, наверное, наверное...
Суровый взгляд Маяковского. Может быть, ты и был последний поэт. Не мне тебе отвечать. Я, быть может, тоже последний. Да многие из нас в какой-то степени - последние. Дайте мне обнять вас и закрыть глаза.
На минуточку.
Смотрю на него, положив подбородок на учебник с английского. Ничего у меня этим вечером не получается. А день, скажу я вам (кому-то там), был у меня хороший. В школе спокойно и тепло, меня поздравили с днем рождения на второй геометрии. Уф, и говори после этого, что тебе во всем не везет, да тьфу-тьфу-тьфу! Мало ходила по коридорам и боялась не встретить Марго, а она стоит, такая скромняжка, и как она этим своим голосом может говорить порой пригадкие слова. Маленькая и теплая.
Когда у тебя красивый смех - почему бы не смеяться над всеми и всем? Тогда и над проблемами похохотать не стыдно.
Поля, поля, поля, я хочу снова вас увидеть!
Но, наверное, я везунчик только в маленьких вещах. Заварить хороший чай, успеть в школу до звонка (или опоздать, напротив), написать хорошую заметку, увернуться от удара мизинцем о косяк. На большее я не способна.
У нас, дорогие, красивое поле. Какое же все-таки было удивление у меня, когда узнала, что поле возле заброшки и Соленка соединяются. Так много ворон, и так мрачно, но - хорошо и тепло. Неплохо было бы одеваться теплее и бродить кругами. В конце концов, фон не важен иногда, разве нет?
Много ворон и мрака. Мертвая ворона с накрытой какой-то бумажкой головой - просто трэш, чего же я фотоаппарат не взяла. И не помешало бы переодеть школьные брюки. Наверное, наверное, наверное...
Суровый взгляд Маяковского. Может быть, ты и был последний поэт. Не мне тебе отвечать. Я, быть может, тоже последний. Да многие из нас в какой-то степени - последние. Дайте мне обнять вас и закрыть глаза.
На минуточку.
Комментариев нет:
Отправить комментарий